Андрей Ильин
СУБЪЕКТИВНЫЙ КОММЕНТАРИЙ
К СТАТЬЕ "БАЛ НЕГОДЯЕВ"Ольга Игнатюк давно и много пишет о Юго-Западе.
Пишет ярко, талантливо, заражая читателя своей любовью к театру.Полагаю, факт любой публикации в прессе может иметь противоречивые мотивы у задействованных в ней субъектов. К примеру, газетчиком движет стремление срочно заполнить полосу, журналистом - удовлетворение от достойной работы, а читатель ищет ответ на вопрос "идти или не идти не спектакль?".
Вот такому читателю и адресую эти комментарии.> Обратите внимание: весь огромный классический репертуар,
> идущий на Юго-Западе, - это стопроцентные интерпретации,
> с текстовыми первоисточниками практически не сравнимые.Настоящий театр - всегда - есть интерпретация.
Зачем смотреть спектакль, буква в букву воспроизводящий пьесу?
Достаточно эту пьесу прочесть...Спектакль ОБЯЗАН действовать на зрителя сильнее, чем пьеса.
Но для этого (для интерпретации) далеко не всегда требуется править текст.> Шекспир, Гоголь и Чехов на восемьдесят процентов
> разбавлены тут "вольным текстом от Беляковича",Ну это уж преувеличено слишком! То есть, это неправда.
Из названных авторов знаю лишь один спектакль с массой великолепной "отсебятины" - "Сон в летнюю ночь". Но даже здесь до 80% далеко.
Остальной Шекспир (а его тут много!) воспроизведен очень бережно, а пастернаковский Гамлет - вообще буква в букву.
Из четырех гоголевских спектаклей в прежние годы лишь в "Женитьбе" допускались небольшие вольности. Правда, нынче идет новая, более вольная, постановка "Женитьбы".
Чехов - тем более "не тронут". В трех спектаклях, даже в инсценировке рассказов ("Старые грехи") - "разбавления вольным текстом" нету!Так почему же цитированная фраза возникла у Ольги Игнатюк?
Есть у меня догадка, поскольку однажды испытал нечто подобное, о чем - ниже.> а Горький лихо пересказывается "своими словами".
Вот-вот.
Мысль на спектакле "На дне":
- Какой великолепный текст! Что-то не помню такого у Горького...
Видимо, не только у меня такие мысли. Но они - обманчивы, уверяю вас.После спектакля у меня была возможность положить рядом текст Горького и сценарий спектакля. И что же оказалось?
"Отсебятины" в спектакле - примерно три-четыре строчки, не более того!
Всё вмешательство в текст сводится к небольшой перестановке реплик и фрагментов.
То есть, автор "великолепного текста" - Макс Горький, честь ему и хвала.
А Белякович, честь ему и хвала, смог подать нам этот текст так, будто мы его слышим впервые!
В плане бережного отношения к классике меня когда-то (29.09.93г.) поразила инсценировка "Мастера и Маргариты". Делая спектакль, любой режиссер неизбежно вынужден упрощать, сглаживать конструкцию романа, дабы он уместился на сцене. А в том спектакле (шел он тогда 5 часов с двумя антрактами) сохранились, кажется, все сюжетные линии, все герои, все их чувства и стремления. И, выполнив эту невозможную трансформацию, чудесным образом вместив в себя весь великий роман, спектакль был совершенно живым!> Все, что мы с серьезностью читаем, на Юго-Западе
> перерабатывается в сатиру, гротеск, фарс и пародию,
> клоунаду и шутовство, балаган и фокус, хулиганство и стеб.Снова фраза, удачно звучащая в контексте статьи о премере, но не соответствующая истине.
Здесь лишнее слово "ВСЁ".
Поскольку нынче на Юго-Западе сколько угодно классических спектаклей, сделанных абсолютно серьёзно, безо всякого хулиганства: "Макбет", "Чайка", "Калигула", "Мольер" и многие другие .В заключение - о самой премьере "Каренина-2".
> Этот миленький постмодернистский комментарий к роману -
> родной брат сорокинской пьесы "Dostoevsky-trip",
> поставленной Беляковичем недавно также с большим энтузиазмом.Вижу родство несколько иначе.
Мода на литературные продолжения и римейки классики началась, по-моему, с успеха акунинской "Чайки". Вот кто старший брат Шишкина.
А в пьесе Сорокина сцена из "Идиота" - это не Сорокин, это натуральный Достоевский.
Натуральный не в том смысле, что там чисто классический текст, нет.
Сорокин просто аккуратно, грамотно, профессионально написал инсценировку. Причем сделал это безо всякого намёка на хулиганство, и хулигански вклеил (красиво вклеил!) классика в середину сорокинского текста.> Белякович надо всеми опустил свой саркастический занавес.
> Однако все же помнил, "отчего и откуда" петляла вся история.
> И закончил свой спектакль, как всегда - нотой серьезной и рвущей душу:
> молодая красивая Анна, стоя перед нами,
> припала к груди молодого красивого Вронского.
> Возвращая нам мысль о вечной литературе и неразрешимой загадке любви.Вот именно!
Вот и в "Dostoevsky-trip" на Юго-Западе главное - не "большой энтузиазм", а талант интерпретатора.
Помните "свечи"?
Изумительная, пронзительная режиссерская находка!
Забыть невозможно...
Уже ради этого стоит смотреть!